Полностью согласна с президентом Медведевым: неразборчивые почерки и скрытность наших медиков до добра не доведут. Ни другой «целитель», ни пациент в записях, сделанных загадочными «загогулинами», увы, разобраться не в состоянии.

По подсчетам Медицинского института при Национальной академии наук США, каждый год в Штатах около семи тысяч человек умирают из-за того, что рецепты им были выписаны неразборчивым почерком. Удивлюсь, если в России ситуация выглядит позитивнее. Проверено на себе. Умирать я, конечно, не собираюсь, но больничная карточка с моей фамилией просто пестрит нечитаемыми «иероглифами».

Это уже, простите, упрямые факты и никаких неожиданностей: «разборчивый» почерк врачей давно стал, если не притчей во языцех, то весьма серьезной проблемой, с которой я имела честь столкнуться лоб в лоб. Сам доктор, что удивительно, не спешил озвучить мой диагноз.

Нет, онкология и прочие, действительно серьезные, вещи от меня далеки. Но о том, почему же, в конце концов, у меня болит нога, мне так и не удалось узнать до конца лечения. Да и потом тайна не была раскрыта.

Все началось утром. Правую конечность просто «выкручивало», колено припухло и болело. Больше всего пугало то, что подобные симптомы уже как-то тревожили меня, но тогда я было решила, что так проявляет себя эффект от посещения тренажерного зала накануне вечером, и успокоилась. Теперь, когда все повторилось снова, до меня наконец-то дошло, что пора к специалисту.

Очереди в поликлинике – это вообще отдельный разговор. Отсидев «положенные» три часа, я наконец-то попала под бдительное око врачевателя. Последний, особо меня не спрашивая, произвел загадочные манипуляции с моим многострадальным коленом и, загадочно почесывая голову, сообщил, что мне необходимо пропить то-то и то-то, походить на такие-то процедуры, а также «вести спокойный образ жизни».

Я решила полюбопытствовать: а что же все-таки не так с моим здоровьем? Про то, что я услышала в ответ, можно сказать «это было бы очень смешно, если бы не было так грустно». «А зачем вам это знать? Необязательно. Не засоряйте себе голову ненужной информацией», – удивился доктор. На все мои возражения специалист предложил не задерживать прием и приступить к выполнению рекомендаций.

«Что ж, – подумала я, – все смогу сама прочитать в истории болезни». Не тут-то было! И здесь ко времени вспомнить о президентских изречениях на тему…

Целых две недели я лечилась «не пойми от чего» загадочными лекарствами, спектр действия которых был настолько велик, что «вычленить» собственный недуг из предложенного списка показаний было просто нереально. Обращаться к другому специалисту не хотелось. К тому же, несмотря на «засекреченный» диагноз, назначенное лечение приносило результаты. Я почти забыла как «звучит» коленопреклоненная боль, будь она неладна!

Безуспешные попытки распознать название виновника своих мучений я в итоге оставила. И тем не менее впредь хотелось бы знать, от чего я лечусь. Это право пациента. Ведь так?

Комментарий специалиста:

«В данной ситуации я вижу явное нарушение статьи 31 о праве граждан на информацию о состоянии здоровья Федерального закона «Об информации, информатизации и защите информации», – сообщает юрист Полина Маслова. – Эта статья гласит: «Каждый гражданин имеет право в доступной для него форме получить имеющуюся информацию о состоянии своего здоровья, включая сведения о результатах обследования, наличии заболевания, его диагнозе и прогнозе, методах лечения, связанном с ними риске, возможных вариантах медицинского вмешательства, их последствиях и результатах проведенного лечения». Иначе говоря, лечащий врач обязан в доступной форме проинформировать пациента о состоянии его здоровья, результатах обследования, наличии заболевания, рассказать о методах лечения и возможных вариантах медицинского вмешательства, а также о результатах проведенного лечения. Если эту обязанность не выполняет лечащий врач, обратиться с этим же вопросом стоит к заведующему отделением или к заместителю главного врача по лечебной работе».